ФЭНДОМ


The Sinews of Peace — речь, произнесённая 5 марта 1946 г. Уинстоном Черчиллем в Вестминстерском колледже в г. Фултон, Миссури; считается сигналом для начала Холодной войны.

Исторический контекст речиПравить

Международная обстановка после второй мировой войны была запутанна и неопределенна. Формально антигитлеровская коалиция сохраняла свое существование. На практике же обнаружились все более углублявшиеся противоречия между СССР и его западными партнёрами. Сталин претендовал на первенствующую роль, постоянно подчеркивая, что, как главный победитель над фашизмом и главный потерпевший от него, СССР имеет больше прав в решении вопросов послевоенного устройства, особенно в Европе и Азии. Шло активное укрепление коммунистического влияния в подконтрольтных СССР странах, а также рост влияния коммунистов в Западной Европе. В Польше и Греции шла гражданская война между поддерживаемыми СССР коммунистами и антикоммунистическими прозападными силами. Наконец, Сталин предъявлял территориальные обоснованные претензии к соседним странам: требовал у Турции Карсской области и военной базы в проливах и создал сепаратистское просоветское государство в оккупированном им Иранском Азербайджане (в марте 1946 г., когда Черчилль произнес свою речь, азербайджанский кризис достиг высшего накала, и президент Трумэн даже грозился применить против СССР атомное оружие, если Сталин не выведет советские войска).

В то же время на Западе в широких массах, а также в либеральных и социалистически настроенных кругах, сохранялись иллюзии, что дружественные и союзнические отношения, сложившиеся с СССР во время войны, можно будет сохранять и дальше. Претензии СССР в этих кругах было принято оправдывать, как законную заботу о собственной безопасности и необходимость компенсации за страдания и жертвы, которые понесли советские люди во время войны.

Черчилль, изначально бывший последовательным консерватором и антикоммунистом и русофобом, относился к этим тенденциям с большой тревогой. Он понимал, что Англия, бывшая до войны главной европейской державой, больше таковой не является. Страны Западной Европы, разоренные войной и вдобавок сами находящиеся под сильным коммунистическим влиянем, тем более не могут составить эффективный барьер на пути коммунизма. Остановить Советский Союз могли только США, обладавшие в то время монополией на атомное оружие. Неспроста свою первую внешнеполитическую речь в качестве лидера оппозиции в ноябре 1945 г. Черчилль посвятил «важным проблемам наших отношений с Соединенными Штатами».

Предыстория речиПравить

Зиму 1945-46 года Черчилль по советам врачей проводил в США. Еще в декабре он в принципе принял приглашение Вестминстерского колледжа прочитать лекцию о "мировых делах". Фултон находился на родине президента Трумэна и был предметом его патриотических чувств; Черчилль выставил условием, что Трумэн должен сопровождать его в Фултон и присутствовать при речи.

4 марта Черчилль и Трумэн сели в специальный поезд и 5 марта прибыли в Фултон, где Черчиллю была устроена триумфальная встреча. В поезде Черчилль окончательно дописал и отредактировал текст своей речи, занимавший 50 листов небольшого формата. Текст он передал Трумэну, который назвал речь "превосходной"; по его словам, "хотя она и вызовет суматоху, но приведет только к положительным результатам". При этом, публично Трумэн никак не выразил отношения к мыслям и призывам Черчилля. Черчилль, как частное лицо, имел бо’льшую свободу рук, чем действующие политики; Трумэн же оставлял за собой возможность в случае необходимости откреститься от содержания речи, назвав ее частным мнением Черчилля. В этом смысле речь Черчилля носила отчётливо провокативный характер, будучи рассчитана на зондаж и возбуждение общественного мнения.

Название Править

В названии речи Черчилля обыгрывается английский фразеологизм «sinews of war», означающий средства для ведения войны (буквально «сухожилия войны»), в котором слово «война» заменено на слово «мир». Первоначальный вариант названия был "Всемирный мир" ("World peace"), аналогичным образом обыгрывавший выражение "мировая война".

Содержание Править

В начале Фултонской речи Черчилль высказывает восхищение русским народом и лично Сталиным:

Я глубоко восхищаюсь и чту доблестный русский народ и моего товарища военного времени маршала Сталина. В Англии – я не сомневаюсь, что и здесь тоже, – питают глубокое сочувствие и добрую волю ко всем народам России и решимость преодолеть многочисленные разногласия и срывы во имя установления прочной дружбы. Мы понимаем, что России необходимо обеспечить безопасность своих западных границ от возможного возобновления германской агрессии. Мы рады видеть ее на своем законном месте среди ведущих мировых держав. Мы приветствуем ее флаг на морях. И прежде всего мы приветствуем постоянные, частые и крепнущие связи между русским и нашими народами по обе стороны Атлантики.

Однако далее, в основной части речи, Черчилль выступил против благодушных настроений в отношении СССР, указав на опасность экспансии тоталитарного коммунистического режима:

На картину мира, столь недавно озаренную победой союзников, пала тень. Никто не знает, что Советская Россия и ее международная коммунистическая организация намереваются сделать в ближайшем будущем и каковы пределы, если таковые существуют, их экспансионистским и верообратительным (proselytizing ) тенденциям.(...) От Штеттина на Балтике до Триеста в Aдриатике, железный занавес протянулся поперек континента. По ту сторону воображаемой линии все столицы древних государств Центральной и Восточной Европы. (…)Коммунистические партии, которые были очень небольшими во всех восточных государствах Европы, дорвались до власти повсюду и получили неограниченный тоталитарный контроль. Полицейские правительства преобладают почти повсеместно, и пока, кроме Чехословакии, нигде нет никакой подлинной демократии. Турция и Персия также глубоко встревожены и обеспокоены требованиями, которые предъявляет к ним московское правительство. Русские сделали попытку в Берлине создать квази-коммунистическую партию в их зоне оккупации Германии (…) Если теперь Советское правительство попытается отдельно создать прокоммунистическую Германию в своей зоне, это причинит новые серьезные трудности в Британской и Американской зонах, и разделит побежденных немцев между Советами и Западными демократическими государствами. (...)Факты таковы: это, конечно, не та освобождённая Европа, за которую мы боролись. Это не то, что необходимо для постоянного мира.

Черчилль призывает не повторять ошибок 1930-х гг. (эпохи "умиротворения" Гитлера) и и упорно отстаивать общие ценности западного мира, дав жёсткий отпор новым тоталитарным поползновениям. С этой целью, Черчилль призвал к тесному союзу англосаксонских государств - только такой союз, по мысли Черчилля, может стать ядром и реальным оплотом "свободного мира". Такой союз, по мысли Черчилля, должен создать превосходство сил по отношению к СССР:

Я не верю, что Россия хочет войны. Чего она хочет, так это плодов войны и безграничного распространения своей мощи и доктрин. Но о чем мы должны подумать здесь сегодня, пока еще есть время, так это о предотвращении войн навечно и создании условий для свободы и демократии как можно скорее во всех странах. Наши трудности и опасности не исчезнут, если мы закроем на них глаза или просто будем ждать, что произойдет, или будем проводить политику умиротворения. Нам нужно добиться урегулирования, и чем больше времени оно займет, тем труднее оно пойдет и тем более грозными станут перед нами опасности.

Последствия и оценкиПравить

Неделей позже И. В. Сталин в интервью «Правде» поставил Черчилля в один ряд с Гитлером и заявил, что в своей речи тот призвал Запад к войне с СССР. Для всего мира эта мартовская неделя стала началом «холодной войны», а Фултон зарезервировал свое место в учебниках по истории — в одних как старт борьбы за свободную Европу, а в других — как место разжигания новой мировой войны.

В СССР текст речи не был издан, а советская пропаганда обходила конкретные тезисы Фултонской речи, ограничиваясь утверждениями о её антисоветской и антикоммунистической направленности. При этом, вслед за Сталиным, смысл речи нередко извращался: еще в 1977 году в академическом издани "Всемирная история" утверждалось, будто Черчилль "призывал к организации военного похода против СССР" ("Всемирная история", т. XI, М.. "Наука", 1977, стр. 231). В настоящее время эта точка зрения не только не потеряла своей актуальности, но и находит новые подтверждения. Так, Н.Леонов пишет: "Цинично говорилось, что Запад имеет огромное превосходство в оружии, в том числе владеет ядерными боеприпасами, и есть возможность продиктовать свои условия сосуществования, а если СССР откажется принять их, то вполне допустима превентивная война против строптивца".[1]. Ныне за идеологической неактуальностью термина "антисоветизм", который достаточно точно описывал направленность речи Черчилля, она нередко определяется как "русофобская", несмотря на то что в самой речи Черчилль отзывается о "доблестном русском народе". По мнению бывшего президента США Рональда Рейгана, из Фултонской речи родился не только современный Запад, но и мир на нашей планете.

Современный российский исследователь В.Н.Злобин отмечает "прозорливость и политический инстинкт Черчилля", выразившиеся в этой речи. По его мнению, "его (Черчилля) предвидение на следующие 40 лет структуры и характера международных отношений в целом и советско-американских в частности подтвердилось полностью".

Сам Черчилль назовёт эту речь самой важной во всей его карьере.

Ссылки Править

Обнаружено использование расширения AdBlock.


Викия — это свободный ресурс, который существует и развивается за счёт рекламы. Для блокирующих рекламу пользователей мы предоставляем модифицированную версию сайта.

Викия не будет доступна для последующих модификаций. Если вы желаете продолжать работать со страницей, то, пожалуйста, отключите расширение для блокировки рекламы.